Шутки конструируют мир

Роберт Манкофф

Robert Mankoff. Jokes Construct the World
Jokes Construct the World is the title of Olga Steb’s essay on the nature of humor, which is dedicated to the researcher Robert Mankoff.

о природе смешного

OC Люди — единственный вид живых существ, у которых есть чувство юмора?
РМ Вообще-то, если рассмотреть всю цепочку млекопитающих, можно обнаружить, что крысы
Крысы — род грызунов семейства мышиных, включающий не менее 64 видов.
 
 
 
  смеются, когда их щекочут. Если вы будете использовать подходящий датчик, который позволит вам услышать издаваемые ими звуки, то вы выясните, что они производят такой стрекочущий, хихикающий звук, который, совершенно очевидно, выражает удовольствие — ведь когда щекочешь крысу, она начинает следовать за вашими руками. Разумеется, только если хорошо щекотать — иначе она может и укусить. Так что такие проявления, как игра и выражение удовольствия в смехе можно обнаружить на начальных этапах развития в цепи эволюции.
Между тем, шимпанзе
Шимпанзе — род из семейства гоминид отряда приматов.
 
 
 
  и прочие приматы совершенно определенно обладают чувством юмора. Им тоже нравится, когда их щекочут, а кроме того, у них есть что-то вроде такой грубой домашней игры, когда они бегают друг за другом. Это походит на проявление агрессии, однако на самом деле они находятся в так называемой фазе игры, которая выглядит у шимпанзе именно таким образом. В это время они очень быстро вдыхают и выдыхают воздух, так что звук получается отличным от привычного для нас ха-ха-ха. В итоге получается интересная комбинация: с виду животные проявляют агрессию, на деле же они веселятся. Это же явление можно наблюдать у наших детей. Дети бегают и играют друг с другом: это похоже на драку, однако на самом деле это не она. Множество животных играет сходным образом. Мы ничего не знаем про смех у собак, но они совершенно определенно зачастую с виду грызутся между собой, а на деле просто так радуются жизни. То же и с теми, которые подзуживают друг друга этой шуточной ненастоящей агрессией, чтобы повеселиться и показать дружеские чувства друг к другу. Так что мы не единственный вид, у которого есть что-то вроде чувства юмора, некоторая дуальность, при которой нечто, в обычной жизни воспринимаемое как неприятное, становится забавным.
Чего у шимпанзе и горилл,
Гориллы — род обезьян, включающий самых крупных современных представителей отряда приматов.
 
 
 
  конечно, нет, так это явления, при котором кто-то один веселит группу всех остальных. У них нет языка, поэтому все, что они могут делать — это бегать за другим, или, может, парой других представителей своего рода. Они могут щекотать этого одного или двоих, но никак не группу. Наш юмор получает развитие через язык и может обращаться одновременно к большому количеству людей. В таком обращении к аудитории и состоит моя работа карикатуриста.

ОС До какой степени юмор — продукт социальной коммуникации?
РМ Юмор социален. Так он развивается у людей и у приматов. Думаю, по нему можно проследить нашу эволюцию от древних предков: юмор был способом регулировать эмоции страха и гнева, своего рода удовольствие из боли. Интересно, как наши современники воспринимают шутки — думаю, именно это является отправной точкой в разговоре о социальности юмора. Даже когда мы смеемся над карикатурами или анекдотами — это явление пусть псевдо-, но социальное. Ведь люди, изображенные на карикатуре или описанные в анекдоте — все же именно люди, не абстрактные объекты. Вот вам и социальность.

Чувство юмора не только рассказывает нам о том, как понимать окружающий нас мир, но и также говорит кое-что о границах понимания. Оно не может быть абсолютно нормальным и должно отличаться от нормы и использовать прием несочетаемого.

Если бы я рассматривал вопрос с точки зрения сугубо психологической, я бы назвал это социальным феноменом. В окружении людей мы смеемся в 30 или 40 раз чаще, чем в одиночестве, и, кстати, наедине с собой мы зачастую не смеемся вообще. В одиночестве это действительно случается крайне редко: мы можем оценить чей-то юмор, но вряд ли начнем над ним смеяться в голос.  В  юморе  кроется какое-то несерьезное

Страницы   1   2

Арсений Замостьянов. Громкий смех товарища Сталина

Окончание Назад

Он всегда понимал, что лёгкий юмор сокращает расстояние между людьми, располагает к более откровенной и доброжелательной беседе. Без юмора дипломатический раут – как непереваренное мясо.
Отзвук сталинских шуток слышен и в наше время. Цитируют его ежедневно. И новые легенды, новые анекдоты появляются каждый год. В них, как правило, Сталин предстаёт мудрым и хитроумным вождём. К нему относятся как к победителю – и это многое определяет. Такова историческая справедливость.
Иногда сталинский юмор воспитывал. В ту пору, когда бывший революционер Коба достиг высшей власти, перед ним трепетали. Прислушивались не только к каждому его слову, но и к паузам. Поэтому его поздний юмор – немногословный и веский. Учитель поучает нерадивых учеников и похваливает достойных. Сколько таких историй ходило по стране – в каждой отрасли, про «своего» директора, генерала или министра.
В эту книгу вошли и отрывки из речей Сталина, его исторических выступлений. И мемуаристика, и байки разной степени достоверности. Возможно, некоторые из них сложились уже после смерти Сталина, но они показывают нам массовое отношение к выдающемуся политику – а это важно. В истории трудно отделить документ от баек – и ещё неизвестно, где больше правды. В официальных бумагах и стенограммах мы умеем лгать не хуже, чем после охоты или рыбалки. Мы видим главное: Сталин не просто был остроумным человеком и умел шутить, а во многом строил на этом качестве политику и пропаганду. Без веселья, без куража, а порой и без сарказма политические победы не приходят. И Сталин смеялся громко, иногда до слёз. По многим его фотографиям видно, что в таких случаях он не скрывал эмоций.

Текст публикуется по Литрес

Андрей Костюченко. Теория и практика юмора

Теория юмора от древних

В Древней Греции юмор тоже ценили. Древнегреческие философы даже умудрились создать собственную теорию юмора. Суть ее в том, что юмор воздействует на зрителя, вынуждая его смеяться, а смеется он только потому, что чувствует свое превосходство. Главный герой многих античных комедий — человек, который попал в неудобное положение и не в силах из него выйти. Публика смеется над тем, что герою плохо, а ей хорошо.
Но есть нюанс. Эта так называемая теория превосходства исследует прежде всего смех недобрый, связанный с сатирой и сарказмом. При этом теория не объясняет, почему нам смешно в тех случаях, когда пострадавших нет и неудачником считать некого.
Психологи же, как ни стараются, но природу смеха убедительно и просто объяснить так и не могут. Самое смешное, что среди психологов практически нет юмористов.

Вы точно пишете смешно?

Писатели-юмористы не всегда осознают, что пишут смешно. До тех пор, пока им об этом не сообщат те же читатели. И немаленькие тиражи проданных книг. Как тут не вспомнить Джерома К. Джерома с его Трое в лодке, не считая собаки!
Так вот, сам писатель отмечал, что писать смешную книгу он сначала и не собирался. Это был просто путеводитель по Темзе с ее ландшафтами, с вкраплением забавных историй для разрядки. Вышло же, что смешным в произведении стало абсолютно все.
Трое в лодке… сначала публиковалась по главам в ежемесячнике с августа 1888 по июнь 1889, а уже отдельной книгой была издана в конце лета 1889. За последующие 20 лет было продано более 200 К экземпляров в Британии и еще более миллиона книг в Америке.
Любопытно, что от продаж в Америке Джером не получил вообще никаких денег — США в те годы еще не присоединились к Соглашению об авторском праве.

История стендапа

Роберт Манкофф (американский художник-карикатурист, руководил отделом карикатуры в журнале New Yorker в течение двадцати лет — с 1997 по 2017) в своей трактовке смешного непреклонен: