Продолжение следует
Игорь Криштафович
шего мозга требуется постоянное напряжение. Успешное восприятие стихов, сопоставление ударений и рифм, производимое в короткое время доставляет нам дополнительное удовольствие. Будет вполне логичным допустить, что удовольствие от восприятия стихотворных ритмов и размеров не добавляется, но умножается на удовольствие от восприятия смысла изложения. Формула, предложенная в главе 5, может быть использована для иллюстрации процесса восприятия стихов:
|
(11) |
| где: ЭС — эффект от восприятия стихов; УРР — удовольствие от восприятия размеров и рифм; УС — удовольствие от смысла излагаемого. |
|
Заметим, что знак умножения поясняет многократное усиление эффекта от стихов по сравнению с прозой, где УРР = 0. Поэтому даже несложный стихотворный ритм и непритязательные рифмы доставляют нам удовольствие. Вот почему, как выразился Валерий Лебедев
Валерий Лебедев — советский философ и историк, педагог, радиоведущий, публицист, редактор и издатель.
в статье О чём поют цикады,
поэзия может позволить себе быть глуповатой, даже совсем тупой и ограничиваться слоговыми фиоритурами.
Фиоритура — название музыкального украшения в вокальной или инструментальной партии, один из способов аранжировки.Коэффициент УРР компенсирует низкое значение УС.
Если мы знакомимся с большим количеством стихотворных произведений, интеллектуальная работа по восприятию ритмов и рифм становится автоматической. Распознавание простых размеров не доставляет нам прежнего удовольствия. Банальные рифмы типа день – пень легко предвосхищаются тренированным умом и начинают раздражать читателя, не принося ему ожидаемого наслаждения. Пресыщенный читатель требует более сложных ментальных упражнений. Четырёхстопный ямб ему надоедает. В ответ на этот запрос возникают более сложные стихотворные формы, ищутся свежие, неожиданные рифмы, следование первым и распознавание вторых повышает сложность той интеллектуальной задачи, которую читатель постоянно решает при чтении стихов. В этом и заключается магия слова стихов, которой приписываются таинственные свойства. Таинственными они действительно являются, но только до той поры, пока им не найдено объяснение. А суть объяснения заключена в формуле (9). Магия не исчезла, хотя и стала понятна.
Очевидно, что создание логичной теории стихосложения может быть начато с формулы (9) и ею же закончено. Но в промежутке между этими этапами лежит необъятное поле работы.
Процитируем другую фразу Виталия Бернштейна:
На карте разных видов человеческого творчества океан поэзии располагается где-то в промежутке между материками прозы, с одной стороны, и музыки, с другой.
Приложима ли разработанная теория юмора к другому материку, к музыке? Что такое музыка и чем она отличается от несвязного набора звуков, издаваемого теми же музыкальными инструментами? Что отличает музыку от какофонии?
Какофония — сочетания звуков, воспринимаемые как хаотическое и бессмысленное их нагромождение.
Как писал в той же статье Валерий Лебедев,
Стихия музыки – звуки, организованные по своим собственным законам гармонии, контрапункта и прочих дисциплин.
Обратим внимание на слова организованные по законам. Теория музыки расскажет нам о том, что музыкальное произведение построено по вертикальному сочетанию звуков (главный из которых аккорд) и горизонтальному сочетанию (мелодия, аккордовая последовательность и т.д.).
Алиса AI. Весельчаку инфаркт не страшен
Старое высказывание, что смех является лучшим лекарством, кажется, имеет смысл, когда это нужно для лечения вашего сердца, — говорит Майкл Миллер, M.D., F.A.C.C., директор Центра Профилактической Кардиологии в Университете Штата Мэриленд. Мы не знаем все же, почему смех защищает сердце, но мы знаем, что нервно-психическое напряжение связано с повреждением эндотелия, который является защитным барьером, стабилизирующим наши кровеносные сосуды. Нервные перенапряжения и пессимизм, могут вызывать ряд воспалительных реакций, которые приводят к накоплению жира и построению холестерина в коронарных артериях, что в конечном счете ведет к сердечному приступу, — говорит доктор Миллер.
