Третья книга

123. Познание больше, чем средство

И без этой новой страсти – я имею в виду познавательную страсть – подвигалась бы наука: наука до сих пор росла и мужала без нее. Благополучная вера в науку, попутствующий ей предрассудок, которым охвачены нынче наши державы
Держава — самостоятельное, сильное, независимое государство.
 
 
 
  (некогда даже и церковь), покоится, в сущности, на том, что этот разгоревшийся вокруг нее сыр-бор обнаруживается в ней самой крайне редко и что наука считается как раз не страстью, а состоянием и этосом.
Этос — многозначное понятие с неустойчивым терминологическим статусом.
 
 
 
  Конечно, часто достаточно уж одного amour-plaisir¹ познания (любопытства), достаточно amour vanite², привычки к ней, с задними видами на почести и кусок хлеба; для многих достаточно даже и того, что они при избытке досуга не способны ни на что иное, кроме чтения, коллекционирования, упорядочивания, наблюдения, пересказа; их научная склонность есть их скука. Папа
Папство — богословский и религиозно-политический институт католицизма, устанавливающий па́пу ри́мского, т.е. дословно отца Рима, видимым главой всей Католической церкви.
 
 
 
  Лев Х
Лев X — Папа Римский с 11 марта 1513 по 1 декабря 1521.
 
 
 
  однажды (в папской грамоте к Бероальду)
Бероальд де Вервиль — французский писатель конца XVI — начала XVII.
 
 
 
  воспел похвалу науке: он называет ее прекраснейшим украшением и величайшей гордостью нашей жизни, благородным времяпрепровождением в счастье и горе;

без нее, — говорит он а заключение, — дела человеческие были бы лишены твердой опоры – ведь даже и с нею они все еще достаточно переменчивы и шатки!

Но этот в меру скептичный Папа замалчивает, как и все прочие церковные панегиристы науки, свое последнее мнение о ней. Пусть заключают из его слов — и это весьма примечательно для такого друга искусства, — что он ставит науку выше искусства; в конце концов это всего лишь учтивость, если он не говорит здесь о том, что именно ставит он превыше всякой науки: об откровенной истине и о вечном спасении души, — что в сравнении с этим ему украшение, гордость, опора, надежность жизни!

Наука есть нечто второстепенное, в ней нет ничего окончательного, безусловного, никакого предмета страсти

– это мнение так и осталось в душе Льва: доподлинное христианское мнение о науке! – В древности ее достоинство и признание умалялись тем, что даже среди наиболее ревностных ее адептов на первом месте стояло стремление к добродетели, и высочайшей похвалой познанию считалось чествование его как лучшего средства к стяжанию добродетели. Это что-то новое в истории, когда познание хочет быть больше, чем средством.

124. На горизонте бесконечного

Мы покинули сушу и пустились в плавание! Мы снесли за собою мосты – больше, мы снесли и саму землю! Ну, кораблик! Берегись! Вокруг тебя океан: правда, он не всегда ревет и порою лежит, словно шелк и золото, грезя о благе. Но наступит время, и ты узнаешь, что он бесконечен и что нет ничего страшнее бесконечности. О, бедная птица, жившая прежде на воле, а нынче бьющаяся о стены этой клетки! Горе тебе, если тебя охватит тоска по суше и дому, словно бы там было больше свободы, — а суши-то и нет больше!

125. Безумный человек

Слышали ли вы о том безумном человеке, который в светлый полдень зажег фонарь, выбежал на рынок и все время кричал:

Я ищу Бога! Я ищу Бога! Поскольку там собрались как раз многие из тех, кто не верил в Бога, вокруг него раздался хохот.
— Он что, пропал? – сказал один.
— Он заблудился, как ребенок, — сказал другой. — Или спрятался? Боится ли он нас? Пустился ли он в плавание? Эмигрировал?

¹ Любовь-удовольствие (фр.). — Ред. ТЧК.
¹ Тщеславная любовь (фр.). — Ред. ТЧК.

Страницы   1   2   3   4   5   6   7   8   9   10   11   12   13   14   15   16   17   18   19   20   21   22   23   24   25

Артем Мухин. Анимация работы различных механизмов

Окончание Назад

Публикуется по VK Артем Мухин