Вторая книга

87. О тщеславии художников

Полагаю, что художники часто не знают, что им лучше всего удается, ибо они слишком тщеславны, и их чувство обращено к чему-то более гордому, чем, по-видимому, являются эти маленькие растения, которые умеют в действительном совершенстве, неизведанно, причудливо, прекрасно расти на своей почве. Настоящий дар их собственного сада и виноградника оценивается ими невзначай, и их любовь принадлежит к иному порядку, чем их проницательность. Вот музыкант, который больше, чем какой-либо другой, обладает мастерством извлекать звуки из царства страждущих, угнетенных, измученных душ и одарять речью даже немых зверей. Никто не сравнится с ним в красках поздней осени, в неописуемо трогательном счастье последнего, ускользающего, мимолетнейшего наслаждения; ему ведомы звуки для тех таинственно зловещих полуночей души, когда, казалось бы, распадается связь между причиной и действием и в каждое мгновение может возникнуть нечто из ничего; он удачнее всего черпает с самого дна человеческого счастья и словно бы из опорожненного кубка его, где горчайшие и противнейшие капли за здравие и за упокой слились со сладчайшими; он знает, как устало влачится душа, которая уже не может прыгать и летать, не может даже ходить; в него робкий взгляд затаенной скорби, безутешного понимания, разлуки без объяснения; да, как Орфей
Орфей — легендарный певец и музыкант-лирист, герой древнегреческих мифов.
 
 
 
 
  всякого таинственного убожества, он выше кого-либо, и им впервые было вообще внесено в искусство нечто такое, что до сих пор казалось невыразимым и даже недостойным искусства, что словами можно было только спугнуть, а не поймать, — нечто совсем крохотное и микроскопическое в душе: да, он мастер по части совсем крохотного, Но он не хочет быть им! Его натура любит, скорее, большие стены и отважную фресковую живопись! Он не видит того, что его дух обладает иным вкусом ии склонностью и любит больше всего ютиться в уголках развалившихся домов: там, скрытый, скрытый от самого себя, пишет он свои подлинные шедевры, которые все очень коротки, часто лишь в один такт, — там лишь становится он вполне искусным, великим и совершенным, может быть, только там. – Но он не знает этого! Он слишком тщеславен, чтобы знать это.

88. Серьезность в отношении истины

Серьезность в отношении истины! Сколько много различного разумеют люди под этими словами! Одни и те же воззрения и способы доказательства и проверки, воспринимаемые каким-нибудь мыслителем как легкомыслие, которому он, к стыду своему, поддается в то или иное время, — эти же воззрения в каком-либо художнике, натолкнувшемся на них и временно увлекшемся ими, могут навести его на мысль о том, что теперь им овладела глубочайшая серьезность в отношении истины и что достойно удивления, каким образом он, хотя и художник, выказывает столь серьезное стремление к тому, что является противоположностью иллюзорного. Итак, вполне возможно, что некто именно пафосом своей серьезности выдает, сколь поверхностно и невзыскательно витал доселе его дух в царстве познания. – И разве не оказывается все то, что представляется нам весомым, нашим предателем? Оно показывает, что мы в состоянии взвесить и для чего именно мы не обладаем никакими весами.

89. Теперь и прежде

К чему нам все наше искусство произведений искусства, если мы лишаемся того более высокого искусства – искусства празднеств! Прежде все произведения искусства выставлялись на большой праздничной улице человечества, как памятки и памятники высоких и блаженных моментов. Нынче же хотят произведениями искусства совлечь бедных, истощенных и больных с большой страждущей улицы человечества ради одного похотливого мгновеньица; им предлагают маленькое опьянение и безрассудство.

Страницы   1   2   3   4   5   6   7   8   9   10   11   12   13   14   15   16   17   18   19   20   21   22   23

Дятлы, воины света…

Продолжение Назад

кодом в университетах не учат. Поэтому в вирлабе организован свой, внутренний процесс обучения дятлов. Карьерный рост тесно связан с профессиональным развитием. Вирусный аналитик – ведущий аналитик – эксперт – антивирусный гуру…
Расскажите, пожалуйста, о трудовых буднях дятлов. В чем специфика работы вирусного аналитика?

Наша работа непростая. Сложная морально и физически. Во-первых, дятлы работают посменно – график достаточно напряжённый. Во-вторых, деятельность вирусного аналитика связана с высочайшим уровнем ответственности. Безответственных дятлов просто не существует в природе.
Всех людей, которые к нам приходят, можно назвать потенциальными программистами. Что такое программист? Он открывает чистый лист, пишет ‘begin‘, определяет переменные, и… рождается программа – продукт деятельности, который можно посмотреть, показать коллегам. Иными словами, он пишет код, который что-то делает. Вирусные аналитики – люди иного плана. Они склонны, скажем так, анализировать, разбирать чужой код. В детстве они, наверное, часто ломали игрушки, чтобы узнать, что находится внутри. Им интересно посмотреть, как устроен тот и иной механизм. Не выдать конкретный продукт, а разобраться в каких-то технологиях. Это один из плюсов и минусов. Та самая психологическая составляющая.
Какими личностными качествами должен обладать дятел? Кто ни при каких условиях не сможет стать дятлом, дажеесли все профессиональные качества говорят в пользу этого?
Никогда не сможет стать дятлом бывший вирусописатель. Мы в вирлабе чётко обозначаем наши, если можно так выразиться, позиции. Они на тёмной стороне, мы на светлой стороне. Причем мы – только на светлой. Здесь не может быть никаких полутонов. Существуют люди, которые потенциально могут поменять сторону: перейти с тёмной стороны на светлую, со светлой – на тёмную… В принципе, это видно. Такого человека я не возьму на работу однозначно. Вирусному аналитику даётся в руки очень серьёзный инструментарий: технологии, знания, доступ к самой вирусной коллекции. В неправильных руках все это может нанести колоссальный ущерб Интернету и всему миру. Девиз

Мы спасаем мир!

для нашей команды не пустой звук. Поэтому среди нас нет людей, которые смогут переметнуться на тёмную сторону. Хочу подчеркнуть: это не конкретный принцип Лаборатории Касперского – это жёсткий принцип всей индустрии.
Можно ли сразу распознать перспективного и даже талантливого вирусного аналитика? Какими критериями вы руководствуетесь, оценивая будущего кандидата?
Сложно, да и невозможно перечислить конкретные критерии. Как правило, уже во время первой встречи понимаешь, подходит кандидат или нет. Выбор определяют самые разные показатели. Соискателю предлагается выполнить небольшое тестовое задание, на основании которого я могу судить о его технической подготовке и навыках. При этом можно не знать инструментария – должна работать логика. Мы смотрим, включает ли человек мозг, в состоянии ли он мыслить логически. Выражаясь проще, я бы определил это следующим образом: выдаёт результат, не выдаёт результат. Как правило, два — три стандартных вопроса плюс, как я уже упомянул, небольшое задание, ну а потом подробная беседа с успешным кандидатом.