Первая книга

смотреть на себя лишь на определенном расстоянии, чтобы найти себя вообще сносными или притягательными и излучающими силу; самопознание им противопоказано.

16. Через тропинку

Общаясь с людьми, которые стыдятся своих чувств, надо уметь притворяться; они испытывают внезапную ненависть к тому, кто уличает их в каком-то нежном или мечтательном и взволнованном чувстве, словно бы подсматривая их секреты. Если хотят оказать на них благотворное воздействие в такие мгновения, пусть рассмешат их или обронят какую-нибудь холодную злую шутку: их чувство остынет от этого, и они вновь овладеют собою. Я, впрочем, рассказываю мораль прежде самой истории. – Некогда мы были так близки друг другу, что, казалось, ничто уже не в силах было помешать нашей дружбе и нашему братству, и лишь одна узкая тропинка пролегала между нами. Как раз в тот момент, когда ты захотел вступить на нее, я спросил себя:

 
Ты хочешь перейти ко мне через тропинку?

– и тут тебе тотчас же расхотелось это: когда же я снова спросил тебя, ты уже погрузился в молчание. С тех пор горы и бурные потоки пролегли между нами, и все, что разделяет и отчуждает, и, если бы мы даже хотели подойти друг к другу, мы не смогли бы больше это сделать! Но, вспоминая нынче ту узкую тропинку, ты уже не находишь слов – только рыдания и удивление.

17. Мотивировать свою бедность

Мы, конечно, не можем никаким фокусом превратить бедную добродетель в богатую и изобильную, но мы, пожалуй, можем превосходно истолковать ее бедность в терминах необходимости, так что ее вид не будет уже причинять нам боли, и мы не будем корчить из-за нее року полные упреков рожи. Так поступает умный садовник, который проводит скудную водичку своего сада через руку какой-нибудь нимфы
Нимфы — божества природы в древнегреческой мифологии в виде девушек, олицетворяющих различные живительные и плодоносные силы Земли, природные объекты и явления.
 
 
 
  и таким образом мотивирует ее скудность: и кто только, подобно ему, не нуждается в нимфах!

18. Античная гордость

Нам недостает античной окраски благородства, потому что в нашей душе отсутствует понятие об античном рабе.
Рабство — система общественных взаимоотношений, при которой допускается нахождение человека в собственности у другого человека или государства.
 
 
 
  Грек благородного происхождения находил между высотой своего положения и самым низким положением такое чудовищное количество промежуточных ступеней и такое расстояние, что он едва ли мог отчетливо видеть раба: даже Платон
Платон — афинский философ классического периода Древней Греции, основатель платонической школы мысли и Академии, первого высшего учебного заведения в западном мире.
 
 
 
  не вполне уже видел его. Иное дело мы, привыкшие к учению о равенстве людей, хотя и не к самому равенству. Существо, не способное распоряжаться собою и лишенное всяческого досуга, нисколько не выглядит в наших глазах чем-то презренным; в каждом из нас, быть может, есть слишком много такого рабства, сообразно условиям нашего общественного порядка и деятельности, которые существенным образом отличаются от порядка и деятельности древних. – Греческий философ проходил через жизнь с тайным чувством, что рабов гораздо больше, чем предполагают, — именно, что каждый человек есть раб, если он не философ; гордость распирала его, когда ему приходило в голову, что и могущественнейшие властители земли принадлежат к числу его рабов. И эта гордость чужда нам и невозможна для нас: даже как сравнение слово раб лишено для нас своей полной силы.

Страницы   1   2   3   4   5   6   7   8   9   10   11   12   13   14   15   16   17   18   19   20   21   22   23   24   25   26

Юмор

Продолжение Назад

• …всегда тянулся к свету;¹
• …ночи просиживал за классиками;²
• …когда видел старших, снимал шапку;³
• …дня не сидел без дела;…и вообще далеко пошел⁴.

Среди различных видов юмора главное место занимает словесный – языковая шутка. Именно здесь функции юмора проявляются особенно ярко.

Функции языковой шутки

Обычно говорят о разрушающей силе смеха, о дискредитации описываемого.

 
Без сомнения, смех – одно из самых мощных орудий разрушения; смех Вольтера бил и жег, как молния.

А.Герцен

…смех – самое страшное оружие: смехом можно убить всё – даже убийство.

Е.Замятин

И все-таки правильнее говорить не о дискредитации, а о снижении, поскольку понятие шутки, бесспорно, включает и случаи дружеского подтрунивания, любовного подшучивания.
Там, где дискредитация конкретного описываемого лица или объекта не является основной задачей шутки, на первый план выступают другие функции языковой шутки. Об одной из основных функций шутки хоpошо сказал Н.И. Хмельницкий в Невском альманахе за 1846:

 
Напав на какое-нибудь слово, игpаю им, как мячиком… Повеpьте, если бы мы почаще игpали таким мячиком, то скоpей бы пpиучились владеть языком, котоpый не довольно еще гибок для языка pазговоpного.
Сpеди дpугих функций юмора можно указать стpемление pазвлечь себя и собеседника, а также стpемление к самоутвеpждению – тpиумф испpавности собственного интеллекта или же обнаpужение у дpугих отpицательной чеpты, от котоpой сам наблюдатель свободен, что пpобуждает в нем фаpисейское довольство собой.

Д.Батлер

Самоутвеpждение путем осмеивания окpужающего становится опpавданной небходимостью в некотоpых особых условиях общественной жизни, напpимеp в условиях советского тоталитаpизма.

 
Юмор – это убежище, в которое прячутся умные люди от мрачности и грязи, – писал А. Вампилов в Записных книжках. — Новая остpота обладает таким же действием, как событие, к котоpому пpоявляют величайший интеpес; она пеpедается от одного к дpугому, как только что полученное известие о победе.

Итак, шутка – это и замечательный учитель словесности, и забавный собеседник, и великий утешитель-психотеpапевт. С этими функциями связана еще одна важная функция языковой шутки, котоpую можно назвать маскиpовочной. Шутка позволяет обойти цензуру культуры и выразить те смыслы, которые находятся под запретом. Бернард Шоу писал:

¹ На рисунке герой вывинчивает лампочку в подъезде дома. — Авт.
² На рисунке: ночь; Луна. За памятником Пушкина герой и его собутыльники сдвигают стаканы. — Авт.
³ Герой срывает шапку с трепещущего старика. — Авт.
⁴ Герой застенчиво потупившись, стоит перед столом следователя, поглаживающего папку с надписью Дело №…; герой под конвоем отправляется в места, не столь отдаленные. — Авт.